Не забыть бы соль!

Юлька, невысокая, спортивного вида девчонка с тёмными, выразительными глазами, украшавшими её худое лицо с высокими скулами и немного по-птичьи заострённым носом, стояла посреди комнаты равноудалено от всех её обитателей. Этот трюк в общаге многие пытались повторить, но ни у кого не получалось столь быстро и естественно. Казалось, у неё в руках были невидимые нити, связывающие её со всеми, и она просто не давали им провиснуть, выбирая слабину, как опытный рыбак, вываживающий крупную рыбину, леску.

ДСП оторвался от стены и, сделав пару шагов, попытался прикоснуться к её плечу,

— Юлька, — начал было он, но та, под одобрительный гул окружающих, неуловимым движением отодвинулась, и рука ДСП прошла мимо. — Ну, да, — не смутился он, — ты это, ну, приезжай, что ли.

И, повернувшись к Свину, махнул рукой: что делать, и на этот раз не удалось, твоя взяла. Свин, наверно, единственный в общаге, от кого она не шарахалась, и даже изредка, когда он отваживался, позволяла взять за руку. Правда, дальше этого дело никогда не заходило.

Свин, получивший своё прозвище за бесславно провалившуюся попытку организовать женское общество имени “Овса, Свина и Свиного Уха”, в котором ему, отводилась центральная роль, а девчонкам были уготованы, разумеется, роли Священных Пони. Девчонки, две подружки — Маленькая Пони и Большая Пони (клички к ним прилипли его же усилиями из-за одинаковых чёлок, да они и не возражали), учившиеся на параллельном курсе, к его большому сожалению, предложение отвергли с бурным негодованием и тут же о нем растрепали всем в общаге. Свин, если честно, не особо расстроился. Даже с ветреными подружками продолжил поддерживать отношения, зависая то у одной, то у другой, так и не решив, которая из них ему нравится больше.

С Юлькой все было иначе. Перед ней он и сам робел. И даже не пытался предпринять никаких действий. Её, похоже, это вполне устраивало. “Чего же она от меня хочет, — думал Свин, — не понимаю”.

Скр. решительно встал и, помахав руками: нет-нет! Да не собираюсь я к тебе прикасаться, сказал:

— Нам и правда, жаль, что ты уезжаешь. Вон, даже Свин грустить будет, хе-хе. Правда, Свин?

— Иди к черту, Скр., — буркнул Свин и, в полупоклоне подал руку Юльке. Та решительно подхватила его под руку, и под одобрительные возгласы они вышли из комнаты.

— Спасибо, Сень, — сказала она, — ты меня спас. Честно. Я пришла попрощаться с тобой. Мы, скорее всего, больше не увидимся. У меня поезд через час.

— Я тебя провожу, — Засуетился Свин, — до вокзала десять минут пёхом, но…

— Нет, — Юлька прикоснулась к его щеке и Свин замер от неожиданности.

— А… Как же институт? — Ляпнул он, осознав вдруг потерю.

— Я поняла, не моё совсем. Мама настояла, а я смалодушничала. А тут ещё мама заболела. Дома решу что дальше.

— Но хотя бы адрес оставь, я письмо напишу. Честно напишу! Я…

— Не напишешь, — вздохнула Юлька. — Прощай. Мне очень… Очень жаль с тобой расставаться. Я…

И не договорив, резко повернувшись, ушла не оглядываясь.

Оглушённый Свин вернулся в комнату и, завалившись на кровать, уткнулся в затрёпанную книжку Саймака. ДСП было попытался пошутить, но Свин на внешние раздражители не реагировал, и от него вскоре отстали.

Ближе к лету, когда голова Свина, в основном, была занята отысканием наименее затратных способов окончить курс, и выходило так, что нужно сделать очень и очень много, Свин заскучал. И принялся чередовать погружение в работу с погружением, для расслабления, в короткие уныния. На длинные у него просто не оставалось времени.

— А я её знаю, — Ворвался в разговор «а помнишь…», плюхнувшийся на Бобову кровать Кормилец Вася, давно вышибленный из института, но регулярно возникавший из неоткуда потусоваться. С кем тусоваться — ему было все равно, а его терпели, даже не из вежливости, а просто как некий предмет, принадлежавший этому месту с незапамятных времён. Слишком крупный, чтобы его вынести на свалку, но привычный и потому его острые углы все обходили, не задумываясь, а он считал это за уважительное отношение. — Вены резала, на психе с год провалялась.

— Ты о чем это? — Оторвался от любимого Фолкнера ДСП, не принимавший до этого участия в трёпе.

— Да про эту, Юльку вашу, — Вася поискал глазами открывашку, но не нашёл и сорвал пробку об угол стола. — Она же из нашего города. Шуму было… — Он отхлебнул и поморщился, — тёплое, зараза. — И, смахнув пену с усов, продолжил, — Её то ли дядя, то ли отчим — того, оприходовал. Мамаша в ночной смене была. Посадили. А она на психу загремела. Потом имя сменила и уехала. Её же не Юлька зовут, а вот как… Свин, у тебя деньги есть? Сгонял бы ты за пивом, что ли. На Южной как раз бочку новую должны открыть.

Кормилец Вася знал расписание всех пивных точек в городе наизусть.

Свин послал Васю подальше и ушёл, громко хлопнув дверью.

— Чего это он? — Вася обвёл всех взглядом, — Неужто на неприкасаемую запал? Ну, тогда у него точно не все дома.

— Боб! — Боб, по инерции шевеля губами, повторяя список покупок, с недоумением уставился на смутно знакомую девчонку. — Э-э, — и правда, что-то знакомое, но что — он не мог понять, было в её виде, — Погоди… Юлька, что ли?

— Узнал, — засмеялась Юлька, — я за тобой от самого горсада шла, думала, опозналась. Как дела?

— Да у меня все прекрасно, женился недавно вот. А ты?

— У нас институт открыли. Я за документами приехала, восстановлюсь. У меня на работе высшее требуется, да и надоело быть ИО. А где остальные? — Она запнулась, и, неожиданно покраснев, спросила, — Ну, Сеня, к примеру.

— Свин? Погоди, да! Ты же не знаешь. Он пару месяцев назад распределился в твой город, сказал — обязательно отыщет тебе. Вроде, в институт там новый набирали преподавательский состав, вот он…

— К нам? — Юлька просто расцвела от его слов. — Значит там, в Яблонево и встретимся.

— Ага, — подтвердил Боб, — наверняка. Если Свин сказал, этот отыщет. Этот горы свернёт, если ему чего в голову втемяшилось. Извини, бежать надо, жена там что-то стряпать собралась, надо муку купить — в верхнем гастрономе мука, говорят есть. Ну, ты, это, если что — забегай, лады?

— Ладно, — сказала Юлька ему вслед, — только, вот же балбес, куда? — И улыбнулась.

Мука, сахар, дрожжи, мука, сахар килограмм, повидло яб… Яблонево? Погоди, он растерянно обернулся, но Юльки уже не было. Яблонево? Но ведь, Кормилец из… Кемерово, кажется? Да, точно — не забыть соль, а то в этот раз мелкая Поня меня точно убьёт!

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

This site uses Akismet to reduce spam. Learn how your comment data is processed.