1. Давненько я не брал в руки перо-стило, да.
  2. Ремонт, ха-ха! До сих пор не прекращен, но есть шанс, что на следующей неделе он войдет в холодную фазу.
  3. Возникает желание что-то написать, видимо иду на поправку. В ментальном смысле.

  1. Снова взялся перелапачивать сайт. Вешать этикетку «ушла на базу, скоро буду» не охота, так что весь мусор на всеобщем обзоре. Впрочем, сюда все равно никто не заходит, так что и беспокоится о несвежем белье не приходится.
  2. Забыл дома чайник, купленный для работы. Не купил чая для работы, потому что у меня теперь есть чайник. Не купил кофе, потому что идиот. Ну и склероз. Так называется, кажется.
  1. Полегчало, без снотворного заснул.
  2. Кухня перешла в режим полнофункциональный: газ работает, мойка работает. Вспоминаю, как правильно варить чего-нибудь. Кул.
  3. На этом все. А нет, вчера надулся пивом во ознаменование.
  4. Теперь правда все.

Нектототам кубический, румбами наружу, объемом внутрь.

  1. дохторрр, в ухо заглянув пожал плечами и, в общем, я еще пару дней дома: небось полегчает.
  2. рассказку Клочья поправил, немного в ум придя, теперь кажется можно и читать ея.
  3. разное, прения.

Нектототам сферический, четвергом об среду, через вторник ударенный. ¡No Pasarán!

  1. Жизнь наглаживается: завтра с утра по раньше к врачу сбегаю — ухо покажу. Но уже, похоже, больше для надежности: поутихло, вроде, хотя голова все еще не варит ни черта.
  2. Не приходя в сознание начиркал сказочку Клочья называется.
  3. Ну, типа, и все на сегодня.

Нектототам сферический, ухами нарастопашку, мозгами набекрень.

  1. Рано я обрадовался насчет уха: болит зараза. Придется еще к врачу идти. Надеюсь не останусь «моно» и мои не хилые затраты на новую акустику для домашнего кинозала, которая будет развернута только через неделю-другую, не окажутся выброшенными на ветер…
  2. Провожу ребрендинг, да. Имя героя «Дон Бодугай» изменяю, на «Дон Бодунгай» посмотрим, как выйдет. Уж больно прямолинейное оно.
  3. Идею нового рассказика про Дона обдумал, уточняюсь в деталях.

Нектототам сферический, гироскопами сломанными курс прокладатель. Скрипер по выходным.

  1. Очередной день обломов, да.
  2. Новый герой Дон Бодугай нарисовался. Скоро обрастет подробностями, но пока — как-то так.
  3. Жизнь говно. Кажется, я это уже сегодня говорил…

Никто и нигде

  1. Купили кофемашинку «Nivona». Круто, да. Я доволен.
  2. Посмотрел первые три серии нового сериала от отгызков. «Вторжение» называтся. Редкостное даже для нашего времени говнище. Это такой «День независимости», только с полным отсутствием юмора и полным набором современной левацкой повестки: феминизм и гомосексуализм в одной упаковке, все мужики — говно, а если не говно, то просто идиоты, фашисты с флагами конфедерации, ну и далее по списку. Видать к следующим выборам готовятся. Радует, что и на IMDB оценка ниже плинтуса. Надо запомнить шоураннеров, чтобы не вляпываться в будущем.
  3. Внук подкатил мне героя новой сказки по имени Дон Бодугай. Много думаю, постараюсь не запороть такого шикарного персонажа.
  4. Ужо почти зажило. Антибиотики все еще работают, слава Флемингу! До конца недели торчу на больничном.
  5. Всякое разное.

Нектототам сферический, ухами наружу.

  1. Давно ничего не было. Все едва двигается, да. В воскресенье запустят лифт. привезут для кухни недостающее. Жизнь налаживается. Вроде.
  2. Написал короткое называется «Кажется» Ржавею потихоньку, да.

Кажется

   Нашла коза на плавень, поскользнулась бедная да прям-таки бултых сделала. Отдышалась было, морду высунув, и снова вся такая – плюх! Пока не набултыхалась вволю. А там к обеду позвали. Козьей мордой отчего-то обозвав. Обиделась коза, но виду не подала. Лишь сома, поодаль курившего кальян подозвала. Да и говорит жеманно:

 —  Слышь ты, уса-ачёнок противный, да, прикурить не найдется? Сам видишь: у меня беда. Спички наверху забыла, в джинсах фирменных. Вместе с сигаретами «пых-мых». Красная пачка об двух отсеках. —  Не удержалась, хвастанула.

— Да есть, как не быть, — сом не стал кобениться долго, — угощайся. Чего там, всё одно не свои: вобла волглая подогнала вчерась занесли.

Вытащил из кармана пиджака вельветового портсигар серебряный и, открыв, козе протянул. Та тоже кочервряжиться сильно не стала, выбрала не глядя почти первый попавшийся трубочник потолще и раскумарилась на славу, к губе прилепив. К верхней, как помнится. Слева. Или справа? Сом другого себе в пасть ловко закинул – франт, что с него взять, и спичкой о подошву сапога чиркнул – прикурить. Спичка зеленым вспыхнула, да потухла презрительно фыркнув. Следующая и того хуже — даже и зажигаться не возжелала. Даже искорки и той ни-ни. Стухла и все. Зараза, что и говори. Исчиркал сом всю поленницу спичек из загашника, за кремень, набычившись взялся. Характер настрожил до стального, чтобы искра уж была от души, да как подлец, шандарахнет!  Пол водоему кверху брюхом всплыло. Коза из чувства солидарности, за дно рогами зацепясь, осталась с ним. Сом молвил, сплюнув длинно:

 — Был Зиппер у меня — от бати остался, бензин, зараза, правда кончился. У тебя случаем не найдется? Может есть, таки?

 — Есть, как не есть, — потупив взор отвечала коза по возможности скромно, — даже не пить. Хотя… некоторые и пытались… — И потупилась. – Пойду я, пожалуй, вот. – протянула она разморенного трубочника обратно сому, — Уж кому-кому, а ему наверху скучно будет и даже неуютно.

— И сухо, — буркнул трубочник глухо и затух. Меланхолично жабрами шевеля привычно.          

— Всегда он так, — вздохнул сом и ушел ус подкрутив в бар «Сизая Улитка», что в студенческой столовой на первом этаже от входа направо. Налево же, сами знаете, гардероб с гардеробщицей воблой квелой и контрабандой под стойкой. Он там, в баре, барменом служил. Вроде.

Всплыла коза на перископную глубину, осмотрелась. Убрав перископ, всплыла окончательно, обнажив командную рубку и… неважно.  Высадив экипаж на берег, осталась плескаться на мелкой волне – лето.

 Экипаж разбрелся кто куда. И коза, повздыхав, подняла якоря и уплыла одна одинешенька. Вдаль. К новым для нее берегам. Забыв и джинсы с сигаретами «пых-мых» и пустую одноразовую зажигалку зипп с поломанным клапаном и порванную сдуру привязь, и мечты. Вот так коза и бросила курить.