Сплошное расстройство

Сумастранский тигр Пентюх Лапчатый выстругивал рогатку из найденной на берегу моря ветки. Ветка была чахлой и рогатка никак не получалась. Пентюх бегал по пляжу в поисках другой, более подходящей, но находил лишь всякую ерунду. То ствол дерева, лениво валявшийся под ярким солнышком в ожидании ровного загара. То оленьи рога пятого размера. А то и вовсе бампер от машины Тойота Королла, утерянный одной беспечной парочкой у Ниагарского водопада во время летнего семинара по вытаскиванию бегемотов из трясины отчаяния. Из бревна Пентюх Лапчатый выбил дурь и выстругал байдарку. Приделав к ней бампер от Тойоты и примотав бечевкой из коры рога к своей голове, он отправился в кругосумастранское путешествие.
Гриф СовершенноСекретно!, наблюдавший за его метаниями, разумеется, протоколировал всё для отправки куда следует («Для грядущих поколений! — уверял старый прощелыга, но все знали, что если о каком будущем он и заботился, так это о выходе на пенсию и копанию в огороде). В сельском хозяйстве, впрочем, Гриф был полный профан, так что ему приходилось тратить много времени на чтение важных книг, чтобы потом не ударить лицом в грязь. Вот и сейчас у Грифа подмышкой была зажата книжка «Консервирование алюминиевых огурцов передовым методом в доменных печах с турбонаддувом» авторства Непереваркина, а у левой ноги жался его желудок, не ожидавший от будущего, в отличие от Грифа, ничего хорошего.
Сумастранский тигр грёб вдоль берега, но смотрел в основном на свое отражение в воде.
— Эй, — не выдержав, крикнул ему Гриф, — дубина ты стоеросовая! Ты для рогатки ветку ищи, а не любуйся на себя.
И он с гордостью похлопал по книжке — уж кто-кто, а он на старости лет с голоду не помрёт, в отличие от этого балбеса. Его желудок икнул и, смутившись, забормотал что-то неразборчиво, но Гриф на него даже внимания не обратил.
Пентюх Лапчатый грёб и думал, что ему сегодня как никогда хорошо. «Видимо, все дело в рогах»,  — решил он и помахал остолбеневшему от удивлению Оленю, наблюдавшему с берега за его торжественным проходом.

— Э-эй! Брат! — крикнул он, — как оно наше ничего?

Олень неуверенно махнул ему в ответ и неожиданно улыбнулся.
— Отлично, брат! — крикнул он, — давай к нам. Тут солончак и свежей травы, хоть завались.
— Спасибо! — крикнул Тигр, — в следующий раз. Мне нужно ветку подходящую отыскать.

И Тигр поплыл дальше, по направлению к мысу Громб, где, по рассказам, водились дикие рогаточники. «Попрошу у них, — размышлял Тигр, — наверняка не откажут. Да пусть и списанную дадут, а я ее починю. Или реставрирую — у меня и кожеток есть. А уж потом мы пойдем с Диким Зайцем Кузей на Сумастранскую охоту и будем стрелять по ракушкам. Кузя будет их подкидывать, а я из рогатки жеваной промокашкой стрелять, а потом наоборот».
— Надо еще с ракушками договориться, — спохватился он, — а то они уйдут на званый ужин с Моржом — тот их давно уже зазывает.
Солнцу надоело слоняться по небу без дела, и оно принялось пускать зайчики, отражавшиеся от бампера, и так и норовившие влепиться со всего маху Тигре в глаза. Пентюх помотал головой и рога, свалившись с его головы, поплыли по волнам.
— Эй! — крикнул Пентюх Солнцу, — какого черта! Ты мне всё настроение испортило!
И он даже погрозил Солнцу кулаком, бросив в расстройстве весло.
«Утерял вверенные ему рога и угрожал светилу нашему», — занес в журнал Гриф и, запечатав сообщение, написал на конверте «До востребования», затем отправив его пневмопочтой наверх.

Сумастранская кухня

Сумастранский Тигр Пентюх Лапчатый пилил на скрипке Шопена. Шопен визжал, дёргался, но деваться было некуда: он был надёжно ущемлён в правах по выслуге лет и Тигр мог пилить его невозбранно, то есть, сколько душе угодно. Ну, или пока обедать не позовут. Обедать, отчего-то, все не звали и не звали. А Пентюх, тем временем, беспокоился все больше и больше: а ну, как без него все стрескают? И отбросив Шопена, чёлку, скрипку, треску, воблу и сомнения, Пентюх ринулся с единственно оставшимся криком «о, бля!» наперевес в штыковую.

Обежав Сумастранский остров дважды и, не встретив никого, Тигр понял, что столовой, как и кухни, нет… Как же так, недоумевал изголодавшийся по общению Тигр: Италия есть, есть итальянская кухня; Средиземное море есть, есть и… А Сумастранский остров без кухни??? Надо написать протест застройщику, решил он. Пусть пристроит к острову кухню. Да хоть и времянку на сваях, в открытом море. Или в институт, какой-нибудь. А мы туда на водных лыжах ходить будем. И для здоровья полезно и нормы ГТО, опять же, выполним.

С тем и побежал к Грифу СовершенноСекретно! маявшемуся несварением желудка с самого утра и, что примечательно, безо всякой на то кухни. Гриф внимательно выслушал Тигра, помешивая варево в походном котелке, стоящем по стойке смирно на костре.

Несварение. — Объяснил он Пентюху, Хроническое. Два часа варю, а он все как резиновый!

Уж, какой есть! — высунулся из котелка желудок, наша кухня…

Стой! — взревел, Тигр, — значит, есть-таки кухня!?

И побежал к берегу моря, где валялась брошенная им скрипка. Схватив её, Пентюх запилил что-то из «Лед Цеппелина», не обращая никакого внимания на упавшего в обморок Шопена и двинул по уходящей по морю к горизонту лунной дорожке, по которой вприпрыжку нёсся желудок, удиравший от Грифа, огорчённого до такой степени, что тот, вместо того, чтобы лететь, как все порядочные грифы, бежал вприпрыжку, изрыгая проклятия, теряя чернила, перья, подушечки для штампов и неуклюже вскидывая на ходу тощий, весь в заплатах, натруженный беспорочной службой, зад.

На Сумастранского Тигра Пентюха Лапчатого напал дикий Чих. Как Тигр от него не отбивался, Чих не хотел уходить.  Потому его новый товарищ Тьмутараканский Медведь Иннокентий Савельевич Непыжевых пригрозил Чиху, мол — отловим и одомашним!   Чих тут же испугался страшно и ретировался восвояси.
«Иди, знай этих одомашнивателей, — рассуждал он по дороге, — еще и ошейник наденут с жетоном  или, того хуже на цепь посодют. Не, лучше уж быть подальше от такого сомнительного соседства.»  И отчалили с Набежавшей Волной, которая никаких планов на него не имела.

А Гриф СовершенноСекретно! ничего и не заметил, он пытался понять как можно нажать одновременно несколько клавиш на ноуте, когда  свободных когтей всего один. Да и тем, озадаченный Гриф чешет в затылке.

**********

-Ну, с наступающим! Что ли… — Сказал Сумастранский Тигр Пентюх Лапчатый поправляя кипу на голове.
Гриф СовершенноСекретно! записал в журнал: «Выявлено наступление. Кого, и направление удара — неизвестны. Есть мнение, что их — кипа. То есть, много.» Почесав в затылке, добавил: «Тигр ведет себя крайне подозрительно: ест яблоки обмакивая в мёд. Высылайте помощь, пока не поздно: он явно готовится к встрече!»

Сорвав с численника листок, гриф уставился на него непонимающе. «Рош а-шана» — прочел он по слогам, и выдохнул: «иностранная интервенция!»

В это время Тигр взобравшийся на Баобаб сунул ему початую бутылку вина и рыбий хвост, источающий такие ароматы, что несчастный Гриф, немедленно приложившись к бутылке занюхал хвостом и не понял как, но обнаружил себя отплясывающим веселый танец, под ручку с Тигром, а Нектототам хлопал в ладоши и кричал » С наступающим! Сладким и веселым годом!»

Наплясавшийся вволю Гриф, сидел на верхушке Баобаба и смотрел, как на берегу великой Реки веселились пришедшие из Аафрики старые знакомые. На Нектототама беседующего о чем-то с Великой Черепахой, на Каляку с Малякой пририсовывающими Слону Ллоику пышные усы. Правда, под хвостом. Просто, там места больше. На Лягушку Дусю отчитывающую комара Серегу. На Зумблюма П, от ботинок которого прыскали во все стороны зайчики. Солнечные, конечно. На Солнце с подвязанной цветастым платком щекой(«Опять жуб, а тут праздник…») На Луну, демонстрирующую залетевшей в гости ведьмочке аэродинамические характеристики своей метлы.
Гриф вздохнул, и порвав подготовленное, было, донесение в мелкие клочки, швырнул их вверх. Да какого чёрта, праздник!
И проверив, осталось ли место для завтрашнего отчета, лихо свистнув, скатился по перилам прямо в самую гущу праздника.
С наступающим!

*******

-Вот. Немножко почистил круги.
Сказал Сумастранский тигр Пентюх Лапчатый и показал на круги нарисованные на песке.
Таракан Казе Халерос скептически хмыкнул и ничего не сказал. Лишь откланявшись ушел к горизонту или еще куда.

Гриф СовершенноСекретно! осмотрев круги, уходящие вдоль берега к горизонту или еще куда, каркнул не обращаясь ни к кому, — Все тлен!
И тут же улетел к горизонту или еще куда.

Сумастранский тигр Пентюх Лапчатый нарисовал еще круг и, вздохнув, сказал, — И чего они все к горизонту уходят? Или еще куда….

Муравей, спавший на гамаке-горизонте, повернулся на другой бок и проворчал, — уйдите уже, постылые! — И глаз приоткрыл, чтобы удостовериться, что все его услышали. Но вокруг, отчего-то, никого не оказалось — все давно уже ушли еще куда-то.

Ветер пробурчал, — Хулиганы…, — и взяв метлу принялся подметать песок, сметая нарисованные тигром каракули. Тигр, вздрогнул во сне, заметался, но ветер пошикал ему успокаивающе, одеялко поправил, и пошел дальше, покачав головой, — Какой только дурью не маются. И надо оно им это?

***********

Сумастранский Тигр Пентюх Лапчатый встретил Мухостранского Тигра в поношенном ватнике и кирзовых сапогах. На правом сапоге была заплата. На ватнике — надпись: непонятное сокращение из четырех заглавных букв.

— Ты…Это, кто? — Спросил Пентюх отважно. Да мухостранец не ответил. Забычковал чинарик,( жирный такой — автоматически отметил Пентюх) и длинно сплюнув Пентюху под ноги ушел в лес , зажав подмышкой подвывающую от скорой встречи с сучками лучковую пилу.

Сумастранский Тигр смотрел ему вслед, пока тот не исчез из виду. Встряхнул головой, отгоняя непонятно откуда взявшийся запах то ли махорки(пачка — шесть копеек), то ли заморских сигарет «Партагас»(пачка — шестнадцать копеек) и спросил громко,

— А откуда у нас… Лес?

Гриф СовершенноСекретно!, сидевший на верхушке сосны, принюхавшись фыркнул и занес в журнал — «Зажрались. Рекомендую понизить норму выдачи». Почесав в затылке, перечеркнул написанное. Мало ли…

******

«Мама мылом ра…» — вывел гриф СовершенноСекретно! в своем совершенно секретном журнале и прислушался — что там дальше? Но бубнивший под нос Сумастранский Тигр Пентюх Лапчатый уже сбежал, бросив ветку, которой выводил на песке каракули…
— Вот же…, — огорчился Гриф, — что за Ра? Явно агент иностранный, и почему его мама… мылом? Каким мылом, чья мама!?????

Гриф так расстроился, что свернув горлышко запасной бутылке чернил «Радуга» выдул половину одним глотком. Полегчало.
А набежавшая волна, схватив валявшуюся бесхозной ветку, принялась чертить поле для морского боя, да расставлять на нем корабли. Но заметив, что на нее выпученными глазами смотрит Гриф, показала ему язык и смахнула все нарисованное, оставив непонятно откуда взявшуюся надпись «Люська -дура!»

****
Сумастранское утро всем утрам утро, хотя, некоторые и утверждают, что есть еще утрее. Или -утрей? Я думаю, что они просто завидуют.
Так сказал сумастранский пес-самдурак грифу СовершенноСекретно! хотя тот и не спрашивал, а лишь писал, писал и писал, радостно сверкая очами. До самого вечера писал.
Потом они еще до утра сидели, чтобы запротоколировать восход.

Пробегавший мимо сумастранский тигр подивился — Такое утро,
краше не бывает, а они спят… Странные какие-то.

****

Сумастранский тигр Пентюх Лапчатый сидел на крыльце и пускал пузыри надувая их через трубочку. Пузыри решительно летать не хотели. Несмотря на все его усилия. Ну и ладно, — решил Тигр,- но я по крайней мере попытался! Не то, что некоторые . И посмотрел с усмешкой в сторону сидевшего на верхушке Баобаба грифа СовершенноСекретно!

Гриф хладнокровно занес в журнал: После трех дней бесплодных попыток, пустые бутылки — не летают. Эксперимент считаю уда….

Тяжелый, трехлитровый пузырь из под «Каберне» Молдавского разлива, плавно покачиваясь проследовал мимо обалдевшего от неожиданности Грифа и подгоняемая свежим ветерком принялась карабкаться вверх, к поджидавшему ее облаку.

Ура! — Радовался далеко внизу Тигр.
«Ура», — записал в журнал раздраженный Гриф.
У- ра, — пропыхтел муравей сидевший на горизонте-гамаке и вытягивавший за тоненькую бичеву, пузырь. — Мне.. Спал бы себе и спал… Только вот этого мне не хватало… Но прислушавшись к ликованию внизу хмыкнул, — а впрочем…

гррифф

Гриф СовершенноСекретно! с тоской посмотрел на плотно укупоренную  склянку с фиолетовыми чернилами «Радуга»и пучок, так еще и не распечатанных гусиных перьев.  Тщательно выделанных, с перышками 14К…   Потом перевел взгляд внутрь себя и задумался.

Не писать он не мог, а писать на шайтан-машине, полученной им вчера с нарочным, он тоже не мог.  Хотя поводов для писания имелось более чем…  Сумастранский Тигр Пентюх Плюшевый завел нового товарища по играм, а подробный психофизиологический портрет того все еще не готов!  И даже не отправлен. Гриф был, как никогда,   близок к панике.  Тьмутараканский Медведь Иннокентий Савельевич Непыжевых —  это все, что было Грифу известно на данный момент, а он не мог разорваться и изучать машину для самых важных дел и составлять… Э-х-х.

В это время Тигр и Медведь, призвав на помощь набежавшую волну, играли в Слона.  Слон, собственно, был не против, но он ужасно стеснялся и поэтому смотрел за игрой украдкой, по телевизору.  Укрывшись с головой (и телевизором, разумеется!) покрывалом с вышитыми на нем ромашками. Одну из ромашек Гриф завербовал в свое время и  теперь она отчаянно семафорила ему, мол, свежие данные! Пропускаешь самое интересное!  Что он ей наобещал, Гриф уже и не помнил, но Ромашка работала с огоньком и  пылом, удивлявшим даже видавшего виды Грифа.   Он, припомнив, согласованный с нею код, просемафорил в ответ: «Накапливай данные. Скоро вернусь» и вернулся к своим мыслям. Но мысли куда-то исчезли. Наверно, перекусить пошли, вздохнул Гриф, и правда, обед же уже.  И глядя одним глазом в инструкцию открытую на нужной странице, а другим в шайтан-машину, своим светом выдающую его местонахождение, принялся клацать по клавишам одним когтем:

СамиЗнаетеКому@наверх.орг

Докладываю.

Машина, что вы прислали взамен очередной партии блокнотов сломалась по пути сюда. Вынужден делать записи поверх старых, что затрудняет.  Прошу срочно выслать новые блокноты в косую линейку, иначе вся операция под угрозой срыва.  Прошу принять меры.

Гриф СовершенноСекретно! Личный № 42 — бис

ПС. Чернила присылать не надо, у меня старые есть, нынче таких не делают.

И нажав на кнопку «отправить»  захлопнул крышку ноутбука и принялся ждать принятия мер.

Забор

«Ни дян бис трочки!» — Вывел, потея от усилий и вывалив, опять же, от усердия язык, сумастранский тигр Пентюх Лапчатый на спец. заборе, выстроенном Неизвестными Героями Строителями  в незапамятные времена всеобщего благоденствия  отдельно от всего взятых  лиц.  Забор высился прямо наискосок от берега океана.  Между Незалежным Валуном и  болотом им. Тиранозавра Кости, бронзовый бюст которого давно был весь исписан непонятными словами и символами. Кого забор отгораживал, было не очень ясно.  Строители под звуки духового оркестра прошлись парадом вдоль трибун, и не прерывая ни на секунду пенья «гимна энтузиастов» выкопали котлован(ставший впоследствии болотом)  и возвели забор.  Два пролета. Потом у них закончился материал. Потом были праздники. Потом посадили за растрату кладовщика и прораба.  А потом строители куда-то и вовсе исчезли, оставив после себя болото, забор и трибуну обитую красным кумачом.

С трибуны очень любил выступать молодой и горячий гриф СовершенноСекретно!  Но неожиданно для него сверху пришла телеграмма-молния.  Гриф, прочтя, три дня писал объяснительную записку. Рвал в клочья, писал заново. На четвертый день, собрав оставшийся со студенческих времен портфель(смену белья и бутерброд с маслом, посыпанный сахаром) отправил записку из двух слов.

За ним пришли под утро.

Когда гриф вернулся, трибуны уже не было,  а на болоте стоял бюст Тиранозавру, вовсе Грифу не знакомому.

Сумастранский тигр Пентюх Лапчатый кидал с берега камешки в океан, и заливался смехом, когда  они отскакивали от воды.
Гриф тщательно переписал странную фразу тигра и запечатав сургучом отослал Кому Надо.
В том, что тот разберется и примет меры, Гриф не сомневался. Как и в том, что строители вернутся и забор обязательно будет достроен.

ru → en
red
adjective: red, blushing, ruddy, florid, gules, blushful

Конь в пальто

Сумастранский тигр Пентюх Лапчатый сидел грустный-грустный и смотрел в окно.  Окно смотрело на Тигра и вздыхало в ответ.

-Эй, — сказал Тигр, — я первый начал вздыхать…

-А я и не претендую, — проскрипело окно петелькой на форточке, — мне все равно что ты там делаешь.  — И помолчав добавило, — А у меня тут — весна. Вот.

-Где, весна? — пошевелился Тигр, в попытке заинтересоваться настолько, чтобы и  правда выглянуть в окошко, а может даже и захотеть выйти во двор, к друзьям…

-Там, — скрипнуло Окно едва слышно, — где-то за… За…

-За окном? — вежливо поинтересовался  Пентюх Лапчатый.

— Да, где-то там. — Окно замолчало, затрепетав занавесками. Петух, с левой занавески  строго посмотрел на Тигра, но тот не обратил на него никакого внимания, и оскорбившийся петух принялся клевать хлебные крошки насыпанные на подоконник для голубей.

— А что будет, если я открою занавески? — спросил вдруг Тигр

-Не считая того, что пострадает безвинная птица? — Осведомилось Окно, а Петух склонив голову на один бок принялся оценивающе рассматривать  Тигра.

-Да я, собственно, — Смешался Тигр, — Я просто так спросил. Вдруг там и правда — весна?  А то у нас тут всегда лето…

— Ты, что сомневаешься в правдивости моих слов? — Оскорбилось Окно, — да кто ты такой!?

-Я… Я- Сумастранский Тигр. — Сказал Тигр и потупился, — Мне очень хочется весны, а ее не бывает. А у тебя там настоящая весна? — Спросил он помолчав.

— Еще какая, — похвасталось Окно, — с подснежниками и шариками из глины.

-А кто такие — шарики?  — Поинтересовался Тигр, — я про таких не слыхал.

-О-о! — Оживилось Окно, — это когда ручей, что течет летом под ореховым кустом, оттаивает от зимней спячки и начинает снова течь, на его берегу, левом, есть лужайка, на которой ничего не растет, потому, что она из глины.  Так вот она, та глина, она сначала твердая как камень, а потом, понемногу удается отковырять немножко, и еще кусочек. И когда набирается достаточно, чтобы слепить маленький шарик, тогда настает самое главное — шарик должен заблестеть.  Сначала его нужно высушить, но не на солнце, а в тенечке, хотя… какое там солнце, если снег еще не до конца сошел, а руки краснеют и покрываются мелкими цыпками. А потом, после того, как шарик подсох, а руки в карманах отогрелись… Аккуратно плюешь на шарик и начинаешь его натирать о полу своего пальто. И если все нормально, то через некоторое время шарик начинает блестеть,  как будто сделан не из глины, а из камня, отполированного морской   водой.   Только,  запомни — плюнуть на шарик, а не пытаться его намочить в ручье,  иначе ничего не выйдет!  И поторопиться, потому, что рядом с тобой твои друзья  и каждый хочет быть первым…

-Я — плюну! — Пообещал Тигр, — Обязательно плюну! И об пальто…. Погоди, а где же я возьму пальто?  Ура, —  закричал он, — Тут недавно Конь проходил, в пальто!  Я пойду,  отыщу его и у меня тоже будет весна! Самая настоящая, с блестящими глиняными шариками!

Сумастранский  тигр Пентюх Лапчатый вскочил и скрутив рисунок окна в трубочку, ринулся к баобабу с которого за ним наблюдал гриф СовершенноСекретно! Уж если кто и знал о том, где носит коня в пальто так только он.

А про шарики он уже давно записал. И про выволочку за испорченное новенькое пальто надетое впервые.  И про то, что шарики, заблестев, уже через пару минут покрываются сеточкой морщинок и умирают от старости еще в окоченевших руках, отдавших все свое тепло маленькому глиняному шарику, которому очень надо было первым блеснуть коричневым боком в лучах едва  теплого, весеннего  солнца.

Шапка

Демон Максвелла поправил ушанку сползающую ему на глаза и показал микрометр Сумастранскому тигру Пентюху Лапчатому.

— Ух ты, — сказал Тигр, — а это что?

— Вот сейчас приверну на пару делений, и во-он та птичка(Демон ткнул в сторону грифа СовершенноСекретно! прячущегося в листве баобаба ) превратится в комара Федю.

— Вау! — по иностранному восхитился тигр, — Так ты и меня можешь так же? А в кого?

— Ты…. Ну, предположим…. в тиранозавра. С одним «н», чтобы  других не огорчать.

— А шапка зачем? — заинтересовался Тигр, потому что быть без одного «н» ему отчего-то не хотелось.

— Продуло. Знаешь какие сквозняки в промежутках времени?  И вот результат — насморк.

Шапка поерзав снова съехала ему на нос и проворчала,

— Мог бы и по размеру выбрать, нет же, спешит все.

— Видал, — Вздохнул Демон, — вот так и живем.  Ладно, Костя, мне пора(«Нам пора»- въедливо заявила шапка), да — нам пора, — спохватился Демон, — проклятая простуда. («А ты попроси знакомых физиков, ну или Унькина, пусть щели во времени заделают, — проворчала Шапка, — а то мне с тобой недосуг болтаться, у меня показ мод в Урюпинске.»)  Дусе привет передавай.

И исчез.

«Кто такая — Дуся?» задумался Сумастранский  Тигр, — но это занятие ему вскоре надоело и он принялся рисовать на песке Время со щелями. Из щелей отчаянно дуло и Тигр решил сам заделать их, не дожидаясь пока неведомый ему Унькин озаботится данной проблемой.

— Вот еще,  — бормотал он, — на шапки, небось, не напасешься, да и в Урюпинск  не наездишься.

Гриф СовершенноСекретно!  Шмыгнул носом проверяя не простыл ли он из-за безалаберности Тигра и, открыв журнал на чистой странице, мечтательно закатил глаза: сегодня ему предстояло трудиться и трудиться…

Сумастранские записки

Сумаcтранский Тигр играл в подкидного дурака с Малиновым Кустом. И хотя выигрывал уже третью раздачу подряд, все не мог взять в толк — зачем дурака подкидывать?
— Зачем зачем,  — сказал подошедший с полной авоськой Попугай УбьюСволочь, — вот зачем!

И подкинул Малиновому Кусту тумака.
— Мухлюет.  — Объяснил. — Под землей агентурная сеть — все твои карты знает.  А подкинешь ему —  играет честно.

И взяв лопату принялся грядки окучивать, бубня себе под нос,-  У меня, небось,  не забалуешь….

****

Таракан Казе Халерос греб с рассвета до заката. А суматранский тигр у него работал распашным.  Вторым распашным было Поле, Чистое Поле. Над ними гордо реял Попугай УбьюСволочь! и кричал на встречных поперечных: «А ну, разойдись!  Больше чем по одному не собиррраться!»
Гриф СовершенноСекретно! даже больничный взял с расстройства. Сидит нахохлившись на верхушке баобаба, весь в шарфах укутан, да в махровом халате — расстройство нянчит. Под мышкой градусник. Бубнит: «Это же мои слова были, мои! Какую песню испортил, подлец….»

 ****
Гриф СовершенноСекретно! встретился на прогулке с попугаем УбьюСволочь! Чуть было не подрались выясняя у кого восклицательный знак  восклицательнее. Потом, дерябнув по кружечки пива неоднократно и облобызавшись троекратно,  разошлись. Гриф писать докладную о контакте с врагом,   а попугай просто так — его потом в полиции трое держали.
****
«Шел трамвай откинув  номер, в нем от скуки кто-то  помер!» — Маршируя на плацу распевали Сумаcтранский Тигр им. Скородохова и Попугай УбьюСволочь! им. Быстроупака-Твериадского. Дирижер  — я, музыка тоже народная.
Таракан Казе Халерос вел мелодию под ручку. От зарплаты до аванса.  Остальные чеканили фальшивые ноты. Их  хищно ухмыляясь Гриф СовершенноСекретно! визирует. И  присваивает, и присваивает им  номер. Тот, что выкинул трамвай.
****
Попугай УбьюСволочь! налил и протянул налитое Грифу СовершенноСекретно!  Тот поерзал, но вздохнув выпил и занюхал рукавом.  Рукав, конечно, был пожарным: истерика, сирены, расчеты  развернуты….
Сидят, на решетки любуются,  разговаривают молча.
— Да…
— Да…
Гриф заныканную  фляжку Попугаю тычет, наслаждаясь удивлением.
— Что, думал, я совсем лапоть?
****
  Сумаcтранский тигр Пентюх Лапчатый выцарапал на заборе непонятное слово из трех букв  и сидя в засаде помирал со смеху над простофилями пытавшимися понять — что это?Гриф СовершенноСекретно!  мрачно наблюдал за происходящим с высоты баобаба. Отчет о противоправной и  подрывной деятельности Пентюха он уже отослал куда следует, а веселиться в наше судьбоносное время ему казалось деянием в высшей степени подозрительным.
****
   Сумастранский тигр Пентюх Лапчатый нес чушь. И не то, чтобы та вырывалась или еще что, но… Окружающие смотрели на него с плохо скрываемым сожалением. А Гриф СовершенноСекретно! депешу послал куда надо, с предложением немедленно пресечь.  Что именно пресекать он, впрочем,  благоразумно не уточнил резонно считая, что там разберутся.
****
Попугай УбьюСволочь! с подпиской о не выезде в кармане  и початой бутылкой пива, втолковывал Сумаcтранскому Тигру Пентюху Лапчатому, что жизнь классная штука! И жмурился подбитым глазом.Гриф СовершенноСекретно! извелся на верхушке баобаба пытаясь понять о чем они там беседуют, но представительские у него закончились, а покупать пиво на свои было выше его сил.
****
Сумаcтранский тигр Пентюх Лапчатый висел на толстой веревке,  свесив голову набок и внимательно следил  сквозь прищуренные веки — обратит кто-нибудь, ну хоть какое внимание на его беду или нет?Гриф СовершенноСекретно! тяжело плюхнулся веткой выше и дерево зашаталось так,  что лапы  Пентюха соскользнули он  грохнулся на землю.»Сволочь! — думал Пентюх потирая отшибленный зад, — так и не узнал ничего»

«Низкопоклонничество перед  буржуазными, так называемыми, философскими течениями…»  Увлеченно строчил Гриф в амбарную книгу, зорко поглядывая на окружающую его действительность.

***
Сумаcтранский Тигр Пентюх Лапчатый под руководством Попугая УбьюСволочь!  строил плоскодонку дальнего плавания из нечаянно разобранного забора.  Попугай отхлебывал из бутылки с этикеткой «Темна вода в облацех»  и разглагольствовал о дальних странах и взятых им на абордаж дредноутах.
Гриф СовершенноСекретно!  так вытягивал шею, что потеряв равновесие упал в обморок.
— Еще один сгорел на работе! — Возвестил попугай и икнув предложил отчаливать немедля. Для чего Пентюх в припадке энтузазизмом выкопал  » Морской-Тут  канал имени  крокодила Крооши».
***
 Сумастранский тигр Пентюх Лапчатый вышивал узоры на снегу. Ледяной иглой, вынутой из пульсирующего болью виска. Прохожие дивились филигранности, а Гриф СовершенноСекретно! даже всплакнул ненароком. Но опомнившись, осмотрелся — не видит ли, кто? Успокоившись почти совсем совершил немыслимое: в журнале наблюдения вместо привычной записи о делах окружающих нарисовал ромашку. Ромашка вышла донельзя кривой,  а Гриф впал в панику:  удалить-то листок нельзя!  Журнал прошнурован и пронумерован. Но взяв себя в руки,  принялся писать донос на самого себя, согласно кивая каждой фразе отлитой в бронзе номер пять.
***
— Крем для Битья — , представился Крем.  Сумастарнский тигр  Пентюх Лапчатый  с недоверием посмотрел на ржавый доспехи пришельца,
— И, как — бьют? — Спросил он поежившись.
— Еще как бьют! — Похвастался крем.  — Иногда такую пену удается взбить, что довыше неба получается пена!
— А зачем тебе пена? — Спросил сбитый с толку Тигр, — какой с нее толк?
— Да никакого, собственно, но кра-а-асива…
Они помолчали и Крем засобирался, — Пойду, пожалуй, раз вам тут красота не нужна.  Гриф СовершенноСекретно! смотрел с макушки баобаба как Тигр провожает Крем, и думал как он будет записывать данное происшествие.  Но ничего не придумал и вздохнул, — Пена. Ишь что удумали.
И записал пару строчек о пене дней, и ее тлетворном влиянии на неокрепшие умы. И почесав в затылке добавил, — сами знаете чьи.
И, для надежности, нажал на кнопку «Ентер» нарисованную на обложке журнала внучкой Нектототама.

****

 

Как-то раз, минут пятнадцать назад, кажется,   нацепил сумастранский тигр Пентюх Лапчатый надувные рога и носился как угорелый с криками: «Я лось! Я лось!» Пока не вписавшись в поворот не влепился башкой в баобаб на котором был расквартирован гриф СовершенноСекретно!
Гриф, записывавший происходившее  в журнал, от неожиданности и сотрясения огорченного дерева, упал в обморок. Ну, это он так считал, на самом деле он упал на уже валявшегося там Тигра.  Лежит, думает. «Если в обмороке Тигр, то где я?»
Встал, отряхнул брюки, сел на мотороллер и уехал на работу.
А Тигр никуда не поехал, еще и выговор с занесением схлопотал.  Попугая УбьюСволочь! сказал — легко отделался.

 

ru → ru
Попугая УбьюСволочь! сказал — легко отделался.